- Уроки, которые я брал у самой жизни, позволяют мне употреблять это слово именно в таком укороченном варианте. Во всяком случае, мне нужен не просто сотрудник Госдепа, занимающийся рутинной текучкой Ближнего и Среднего востока, а, скажем, специалист по юго-западному региону Востока, владеющий свободно литературным арабским и десятком диалектов, а это не кто иной, как вы, мистер Свонн. И вот я беседую с вами.

- Однако! Полагаю, вам пришлось потрудиться...

- Вам тоже, - отозвался Кендрик, покосившись на стопку распечаток на столе у оперативника. - Но так или иначе, вы ведь поняли, что я не просто так, а то бы меня здесь не было.

- Тут вы правы, - согласился Свонн. - А что, вы действительно в состоянии оказать нам помощь?

- Этого я не знаю. Должен был предложить ее, вот и все!

- Ничего себе ответ! Тогда почему должны?

- Разрешите присесть?

- Да, пожалуйста! - Свонн жестом предложил Кендрику сесть в кресло у журнального столика, сам вернулся на свое место за рабочим столом. - Извините, что сразу не предложил, просто я вымотан предельно. Итак, конгрессмен, какие побуждения вынудили вас явиться сюда? Времени для пустопорожних разговоров у нас нет, дорога каждая минута. Не имею ни малейшего представления, насколько важно то, что вы намерены предложить, но, если события в Омане для вас действительно дело первостепенной важности, тогда почему вы так долго к нам собирались?

- Я ничего не знал, вернее, был в полном неведении относительно захвата заложников в Маскате.

- В это трудно поверить! Неужели конгрессмен от девятого округа штата Колорадо проводил каникулы в бенедиктинском монастыре?

- Не совсем так...

- А как у вас обстоят дела с манией величия? Знаете арабский, что в общем-то редкость... Словом, проявить активность в момент, когда мы все стоим на ушах, пожалуй, нелишне, хотя бы ради мелкотравчатых политических амбиций, а?